На сегодняшний день чрезвычайное внимание ученых уделяется изучению ассоциированных изменений мышечной и костной тканей с возрастом [Lima R. M. et al., 2001; Stel V. S. et al., 2004; Sirola J. et al., 2006; Walsh M. C. et al., 2006; Kerr D. A. et al., 2007; Gnudi S. et al., 2007;  Cui L. H. et al., 2007; Adamczyk P. et al., 2011; Kirchengast S., Huber J., 2012; Miyakoshi N., 2013; Sjöblom S. et al., 2013; Sunyoung K. et al., 2014]. Существует несколько гипотез, объясняющих данную связь. Поскольку клетки костной и мышечной ткани имеют общее происхождение – из стволовых мезенхимальных клеток, большое внимание уделяется изучению полиморфизма нескольких генов (рецептора андрогенов, эстрогенов, катехол-O-метилтрансферазы, ИФР-1, витамина D, миостатину) [Kaji H., 2014].

Саркопения и остеопороз

Установлены многочисленные эндокринные факторы, влияющие одновременно как на мышечную, так и на костную ткань. Среди них наибольшая роль отводится витамину D, гормону роста, инсулиподобному фактору роста-1 и тестостерону. Также на состояние данных тканей влияют эстрогены, глюкокортикоиды, гормоны щитовидной железы, инсулин, лептин и адипонектин [Kaji H., 2014].

Доказано, что снижение обезжиренной массы ассоциировано с узкими костями и малой толщиной кортикального слоя кости. При этом, увеличение мышечной силы приводит к усилению периостальной апозиции путем стимулирующего воздействия на механорецепторы остеоцитов [Gentil P. et al., 2007; Kerr D. A. et al., 2007; Orsatti F. et al., 2011]. Не менее важное влияние на костную и мышечную ткани играют особенности питания, физическая активность и другие социальные факторы [Orentreich N., 1984; Faje A., Klibanski A., 2012; Kaji H., 2014].

Однако, несмотря на общие факторы риска и механизмы потери, процессы старения мышечной и костной тканей с возрастом гетерохронны и точно не изучены.

Доказано, что снижение массы скелетных мышц и их функции ассоциировано с низкими показателями минеральной плотности костной ткани (МПКТ), повышенным риском падений, ухудшением качества жизни, функциональных возможностей и соответственно, ростом летальности пациентов [Walsh M. C., Hunter G. R., 2007; Burton L. A., 2010].

В работе корейских ученых Lee I. и соавт.установлены достоверно ниже масса тела, индекс массы тела, аппендикулярная обезжиренная масса и индекс аппендикулярной обезжиренной массы у женщин пожилого возраста с остеопорозом по сравнению с женщинами с показателями МПКТ в пределах возрастной нормы и остеопенией [Lee I. et al., 2016].

В исследовании Verschueren S. и соавт.(2013) выявлено, что саркопения ассоциированна с пониженными показателями МПКТ и остеопорозом (OR = 3,0; 95% CI = 1,6-5,8) у мужчин среднего и пожилого возраста. Частота саркопении среди обследованных мужчин составила 11,9% [Verschueren S. et al., 2013].

Поворознюком В. В. и соавт. установлена достоверная регрессионная связь между показателями аппендикулярной обезжиренной массы и МПКТ на уровне поясничного отдела позвоночника и шейки бедренной кости (описано уравнениями линейной регрессии: аппендикулярная обезжиренная масса (кг) = 14,511 + 1,951 х МПКТ на уровне поясничного отдела позвоночника (L1-L4) (г/см2); r = 0,19; t = 2,92; p = 0,004; аппендикулярная обезжиренная масса (кг) = 13,252 + 3,868 х МПКТ на уровне шейки бедренной кости (г/см2); r = 0, 27; t = 4,24; p = 0,00003). Частота пресаркопении была достоверно выше у женщин в постменопаузе (n = 290) с остеопорозом (21,2%) и остеопенией (21,5%) по сравнению с женщинами с минеральной плотностью костной ткани в пределах возрастной нормы (6,7%) [Дзерович Н.И., 2014].

В последние годы в литературе встречается новый термин – сарко-остеопороз (сарко-остеопения) – сочетание саркопении и остеопороза (остеопении), что приводит к значительному повышению риска падений и возникновению низкоэнергетических переломов, росту заболеваемости и летальности.

         На сегодня проведено несколько исследований, в которых изучалась связь между саркопенией и остеопоротическими переломами.

Di Monaco M. и соавт.(2011) проводили изучение состояния мышечной и костной ткани у женщин, перенесших низкоэнергетический перелом шейки бедренной кости. Среди обследованных женщин у 58% наблюдалась саркопения, у 74% – остеопороз. После стандартизации по возрасту и периоду после перелома была выявлена достоверная связь между остеопорозом и саркопения (p = 0,03). Относительный риск остеопороза у женщин с саркопенией составил 1,80 (95 % CI = 1,07-3,02). В исследовании Hida T. и соавт.(2013) у пациентов с переломом шейки бедренной кости по сравнению с контрольной группой выявлена высокая частота саркопении (р < 0,05), наличие которой было признано независимым фактором риска перелома шейки бедренной кости [Burton L. A., Sumukadas D., 2010].

         Таким образом, изучение ассоциированных изменений мышечной и костной тканей с возрастом на сегодняшний день является чрезвычайно актуальным и требует дальнейшего исследования.

         Согласно данным Поворознюка В. В. и соавт. женщины с остеопоротическими переломами тел позвонков имеют характерные особенности телосложения: достоверно более низкие показатели минеральной плотности и качества трабекулярной костной ткани, жировой и обезжиренной массы по сравнению с женщинами без деформаций. Частота пресаркопении достоверно выше у женщин с деформациями тел позвонков (14,6%) по сравнению с женщинами без них (2,2%) [Поворознюк В. В., Дзерович Н. И., 2014; Povoroznyuk V., Dzerovych N., 2014].

         Учитывая ассоциированные механизмы развития и потери мышечной и костной ткани с возрастом, высокую частоту пресаркопении у лиц с остеопорозом и низкоэнергетичными переломами, весомая роль в лечении остеопороза и его последствий должна отводиться не только улучшению структурно-функционального состояния костной ткани, но и массы, силы и функции скелетных мышц.

 

         С полной версией статьи Вы можете ознакомиться в монографии

Поворознюк В.В., Бінклі Н., Дзерович Н.І., Поворознюк Р.В. // Саркопенія. – К., ПАТ «Віпол», 2016 – 180 с.

 http://osteoporos.com.ua/uk/ukrainska-asociacija-osteoporozu/publikatsii/monografii

 

БОЛЬ В НИЖНЕЙ ЧАСТИ СПИНЫ:
СОВРЕМЕННЫЙ ВЗГЛЯД НА ПРОБЛЕМУ


Боль в нижней части спины

Под синдромом боли в нижней части спины (low back pain) понимают боль, которая локализуется между XII парой ребер и ягодичными складками (Поворознюк В. В., 2009; Cougot B., Petit A., Paget C. et al., 2015).

Согласно МКБ-10 боль в нижней части спины относится к заболеваниям костно-мышечной системы и соединительной ткани, хотя в данной проблеме переплетаются неврологические, ревматологические, травматологические и ортопедические аспекты.

Боль в нижней части спины (БНС) – наиболее распространенное заболевание опорно-двигательного аппарата у взрослого населения, с частотой до 84% (Balagué F., Mannion A., Pellisé F. et al., 2012). Среди госпитализированных пациентов каждый пятый имеет новый эпизод болевого синдрома, у 2-7% больных острая боль переходит в хроническую (Поворознюк В. В., 2009).

БНС – серьезная социальная и экономическая проблема. Распространенность БНС наблюдается от 15 до 45% у медицинских работников Франции (Cougot B., Petit A., Paget C. et al., 2015), 13,1% в популяции взрослого населения в возрасте 20-69 лет в США (Shmagel A., Foley R., Ibrahim H., 2016), 5,91% среди населения Италии (Juniper M., Le T., Mladsi D., 2009). В Германии более 70% взрослого населения имеет как минимум один эпизод БНС в год (Casser Н., Seddigh S., Rauschmann М., 2016).

Распространенность острой и хронической БНС у взрослых увеличилась в 2 раза за последнее десятилетие. Частота БНС увеличивается с возрастом как у мужчин, так и у женщин всех этнических групп (Freburger J., Holmes G., Agans R. et al., 2009). БНС оказывает существенное влияние на функциональные возможности пациента, в связи с чем боль ограничивает некоторые виды профессиональной деятельности и является одной из основных причин нетрудоспособности (Поворознюк В. В., 2009; Delitto A., George S., Van Dillen L. et al., 2012; Smart K., Blake C., Staines A. et al., 2012). БНС часто развивается у трудоспособного населения в возрасте от 20 до 60 лет, пик болевых ощущений регистрируется в возрастной группе 35-45 лет, при этом от боли в спине страдают 24% мужчин и 32% женщин (Kinkade S., 2007).

У 85% лиц боль в нижней части спины является неспецифической, то есть не связанной с конкретным субстратом. У 4% лиц, обратившихся по поводу БНС к врачам первичного звена здравоохранения, диагностируются компрессионные переломы и 1% – опухоли.

Боль в нижней части спины – многогранная и мультидисциплинарная проблема. Использование инновационных методов диагностики раскрывает новые механизмы возникновения боли в нижней части спины и расширяет возможности для ее терапии.

Полная версия статьи опубликована в научно-практическом журнале «Проблемы остеологии»
Поворознюк В. В., Бистрицька М. А. Біль у нижній частині спини: сучасний погляд на проблему // Проблеми остеології. – 2016. – № 3-4, С. 5-16.

Читать PDF